Привет, бродяга зоны! Ты посетил портал
Stalker-worlds.ru


Этот проект посвящен знаменитой игре S.T.A.L.K.E.R. и не менее знаменитому моду "Народная Солянка" и ОП-2. У нас ты сможешь найти ответы на любые вопросы по этой тематике и не только.
Регистрируйся, присаживайся к нашему костру и послушай байки старожилов зоны. Удачи!


ЗАБАВНЫЕ ИСТОРИИ ИЗ ЖИЗНИ ВЕЛИКИХ ЛЮДЕЙ
ЗАБАВНЫЕ ИСТОРИИ ИЗ ЖИЗНИ ВЕЛИКИХ ЛЮДЕЙ
[center][/center]

color=#FFCC66]Мера времени
Древнегреческий драматург Софокл однажды в разговоре сказал, что три написанных им стихотворения стоили ему трех дней упорного труда.
- Трех дней! - воскликнул посредственный поэт.- Да я в это время написал бы сто.
- Да,- ответил Софокл,- но они существовали бы только три дня.
Критик
Сиракузский тиран Дионисий послал Филоксена, критиковавшего его поэмы, работать на каменоломни. Через некоторое время он снова потребовал его во дворец, чтобы тот выслушал и оценил его новые стихи.
Филоксен слушал его внимательно, затем молча поднялся и направился к двери.
- Куда ты направился? - спросил тиран.
- Государь, я возвращаюсь в каменоломню,- ответил тот.
Хитромудрость тирана
Кто-то упрекнул Дионисия, что он поручил важную должность человеку, презираемому всеми гражданами в Сиракузах.
Дионисий ответил:
- Я хотел, чтобы в Сиракузах был кто-нибудь, кого бы больше проклинали, чем меня.
С учениками не шутят
Александр Македонский в ранней юности обучался игре на кифаре. Однажды учитель велел ему ударить по одной струне, как того требовала мелодия песни, а Александр, показав на другую, сказал:
- Что изменится, если я ударю вот по этой?
- Ничего,- ответил учитель,- для того, кто готовится управлять царством, но много для желающего играть искусно.
Он, видно, убоялся участи Лина. Ведь Лин учил мальчика Геракла играть на кифаре и, когда тот взялся за дело неловко, рассердился. В ответ на это раздраженный Геракл ударил учителя плектором и убил.
Скорость ходьбы
Прохожий спросил философа Сократа:
- Сколько часов пути до города?
Сократ ответил:
- Иди...
Путник пошел, и, когда он прошел двадцать шагов, Сократ крикнул:
- Два часа!
- Что же ты мне сразу не сказал? - возмутился тот.
- А откуда я знал, с какой скоростью ты будешь идти!
Сократово спокойствие
Немногие люди терпеливо сносят, когда заочно говорят о них дурно. Сократ, великий философ афинский, с величайшим равнодушием слушал, как его поносят за глаза.
- Если заочно и бить меня будут,- говорил всегда философ,- то я и тогда ни слова не скажу.
Практичность и математика
Однажды учитель великого греческого математика Эвклидиса спросил:
- Что бы ты предпочел: два целых яблока или четыре половинчатых?
- Конечно, четыре половинчатых.
- А почему? - спросил учитель.- Ведь это одно и то же.
- И совсем не одно и то же,- ответил будущий математик,- выбрав два целых яблока, как я могу узнать, червивые они или нет?
Памятник Катону
К Катону Старшему обратился один из его горячих сторонников и сказал:
- Это возмутительно, что до сих пор в Риме тебе не поставлен памятник! Этим следует заняться.
- Оставь,- ответил ему Катон.- Я предпочитаю, чтобы люди говорили: "Почему у Катона нет памятника?", чем они будут задаваться вопросом: "Почему это Катону поставили памятник?"
Скромность украшает человека
Среднеазиатский философ Абу Наср Мухаммед аль-Фараби, великий ученый своего времени, пользовался всемирной известностью, но был человеком очень скромным и никогда не выставлял своего "я".
Когда однажды спросили его, кто является великим, он или Аристотель, Фараби скромно ответил:
- Если бы я жил во времена Аристотеля, то был бы только одним из его учеников.
Открытие маятника
Был 1583 год. В Пизанском соборе шла служба. Все усердно молились. Один молодой итальянец, студент местного университета, словно не видел и не слышал происходящего вокруг. Внимание его было приковано к церковным люстрам, слегка покачивающимся на длинных цепях. Взяв свою левую руку за запястье, он принялся отсчитывать удары пульса, следя за размахом люстр. "А ведь таким способом можно измерять время",- подумал он. Этот молодой человек был будущий великий ученый Галилео Галилей. Так в 1583 году был открыт маятник.
Находчивость Рабле
Однажды великий французский сатирик Франсуа Рабле очутился в денежном затруднении и ему нечем было заплатить за проезд из Лиона в Париж. Но не в натуре Рабле было унывать и "ждать у моря погоды". Он насыпал в три бумажных пакетика сахарного песку, надписал на них: "Яд для короля", "Яд для королевы", "Яд для дофина" - и положил их на видном месте.
Служанка гостиницы, убирая комнату, прочла надписи и побежала к хозяину. Тот вызвал стражу. Рабле схватили и под конвоем отправили в Париж. Представ перед прокурором, он поторопился признаться в своей проделке и, прежде чем блюститель закона успел опомниться, проглотил "яд".
Господи, прости!
Первый классик оперы, знаменитый Клаудио Монтеверди после изгнания из Мантуи прибыл в Венецию и возглавил там капеллу собора Св. Марка.
Сочиняя божественную музыку, Монтеверди не забывал и о светской музыке. Он создавал оперу за оперой для иногородних заказчиков. Естественно, влияние такой музыки сказывалось и на его церковных композициях. Жизнерадостным посетителям собора это нравилось. И не в меньшей степени нравилось оно лукавым священнослужителям из других церквей Венеции, действовавших по принципу: заимствуй светскую музыку и подбери к ней благочестивый текст. Долго оставаться незамеченными такие проделки не могли.
Однажды, случайно попав на богослужение в другой собор, Монтеверди, услышав знакомую ему музыку, изумленно воскликнул:
- Господи, прости меня! Не для тебя я сочинял эту музыку!
Почти Людовик
Выходец из Италии, прославленный композитор Жан-Батист Люлли, после длительной борьбы со своими недругами и завистниками занял при французском дворе столь высокое положение, что добился королевской привилегии налагать штраф на тех, кто без его разрешения позволял себе сочинять музыку для двора.
С полным основанием итальянец Люлли мог бы сказать о себе: "Французская музыка - это я!"
А все-таки земля вертится
О твердости в своих убеждениях великого итальянского физика и астронома Галилео Галилея рассказывают.
Семидесятилетний ученый предстал перед инквизицией и в одежде кающегося грешника на коленях произносил слова о том, что он не верит в движение Земли. Но, встав, воскликнул: "А все-таки она вертится!"
Арифметика с одной единицей
Намереваясь показать людям, что двоичное счисление - это не забава, а метод с большим будущим, знаменитый немецкий математик Г. Лейбниц изготовил специальную медаль. На ней изображена таблица простейших действий над числами в двоичной системе и отчеканена фраза: "Чтобы вывести из ничтожества все, достаточно единицы".
Атеистическая книжища сумасбродного автора
Когда-то А. И. Герцен назвал Петра I "коронованным революционером". И о том, что это действительно было так, что Петр был умственным гигантом, возвышающимся над большинством своих даже просвещенных соотечественников, свидетельствует любопытнейшая история издания на русском языке "Космотеороса" - трактата, в котором знаменитый современник Ньютона голландец Х. Гюйгенс подробно изложил и развил систему Коперника.
Петр I, быстро поняв ложность геоцентрических представлений, был убежденным коперниканцем и в 1717 году, находясь в Париже, купил себе движущуюся модель системы Коперника. Тогда же он приказал перевести на русский язык и издать тиражом 1200 экземпляров трактат Гюйгенса, вышедший в Гааге в 1688 году. Но приказание царя не было выполнено...
Директор Петербургской типографии М. Аврамов, прочитав перевод, пришел в ужас: книга, по его словам, была пропитана "сатанинским коварством" и "дьявольскими кознями" коперниканского учения.
"Вострепетав сердцем и ужаснувшися духом", директор решился нарушить прямое указание царя. Но поскольку с Петром шутки были плохи, Аврамов на свой страх и риск осмелился лишь сократить тираж "атеистической книжищи сумасбродного автора". Вместо 1200 экземпляров было напечатано всего 30 только для самого Петра и его ближайших сподвижников. Но эта уловка, по-видимому, не укрылась от царя: в 1724 г. "Книга мироздания, или Мнение о небесно-земных глобусах и их украшениях" вышла еще раз.
Любознательный царь
В один из теплых майских дней 1698 г. на большом канале близ города Делфт, в Голландии, остановилась яхта. На борт ее поднялся пожилой, но очень бодрый человек. Навстречу ему шел по палубе человек гигантского роста, окруженный свитой. На ломаном голландском языке великан приветствовал склонившегося в почтительном поклоне гостя. Так произошло знакомство русского царя Петра I с жителем Делфта голландским натуралистом Антони ван Левенгуком, основоположником микробиологии.
Проплывая мимо, любознательный русский царь не мог не остановить свою яхту у Делфта, где жил уже ставший известным во всем мире биолог Левенгук. Царь с большим интересом слушал объяснения ученого о невидимом мире живых существ.
Смерть помешала вручить награду
Помните строки пушкинской "Полтавы": "...Где же Мазепа? Где злодей? Куда бежал Иуда в страхе?" Сравнение Мазепы с Иудой, которому заплатили за предательство тридцать сребреников, с точки зрения нумизматики имеет особый смысл.
Узнав об измене Мазепы, Петр I решил "заплатить" предателю своеобразной монетой. Эта монета была изготовлена специально - весом около 4 кг и с соответствующей надписью. По замыслу Петра, пресловутый гетман в знак своего предательства должен был носить гигантскую монету на шее до конца своей жизни. Только смерть Мазепы помешала царю осуществить этот план.
Медаль за пьянство
Великий Петр не уважал чрезмерно страстных любителей хмельного. Согласно его указу пьяницам, которые попадали в тюрьмы, вешали на шею чугунную медаль весом в 17 фунтов (около 7 кг) с надписью "За пьянство".
Философ и Бог
Французскому писателю и философу Вольтеру задали вопрос, в каких отношениях он находится о Богом, не проявляет ли он к Богу неуважения. Он с достоинством ответил:
- К сожалению, многие давно заметили обратное. Я Богу кланяюсь уже много лет, но ни на один мой самый вежливый поклон он мне еще ни разу не ответил.
Осторожность
Когда Вольтера спросили, не возьмется ли он написать историю своего короля, он резко ответил:
- Никогда! Это было бы вернейшим средством потерять королевскую пенсию.
Эффектная острота
Один ученый, желая видеть Вольтера, специально поехал в Ферне, где был весьма ласково принят племянницей писателя госпожой Дени. Однако сам Вольтер не появлялся. Перед отъездом гость написал хозяину: "Я вас считал богом и теперь окончательно убедился в своей правоте, так как увидеть вас невозможно".
Вольтеру так понравилась эта острота, что он побежал за ее автором и расцеловал его.
Как каштаны
Книги Вольтера, обличавшие церковников, подвергались цензурным преследованиям. Одну из книг цензоры приговорили к сожжению. Вольтер в связи с этим заметил:
- Тем лучше! Мои книги что каштаны: чем больше их поджаривают, тем охотнее их покупают.
Друг Вольтера
У Вольтера был приятель-врач, с которым он охотно проводил вечера, когда был здоров. Но стоило ему заболеть, как он немедленно писал врачу записку: "Любезный доктор! Будьте добры, не приходите сегодня: я болею".
Рецензия Вольтера
Один молодой драматург попросил Вольтера прослушать свою новую пьесу. Прочитав ему свое произведение, он с нетерпением ждал мнения Вольтера.
- Вот что, молодой человек,- сказал Вольтер после долгой паузы.- Такие вещи вы можете писать, когда станете пожилым и знаменитым. А до этого вам надо писать что-нибудь получше.
Тайна философии
Один священник надоел французскому просветителю Жану-Жаку Руссо своей назойливостью. Он хотел знать, в чем скрыта тайна философской мудрости.
- Хотя вы и узнаете тайну, она вам все равно ничего не даст,- сказал ему Руссо.- Она даже вредна вам, святым отцам. Весь секрет в том, что я всегда говорю то, что думаю. А вы всегда лжете.
Ошибка оракула
К старому венскому капельмейстеру явился молодой человек и, протянув конверт с рекомендательным письмом от своего первого учителя музыки, застенчиво попросил обучить его контрапункту.
Распечатав конверт, капельмейстер прочитал: "Податель сего пустой фантазер, который помешался на том, что может сделать переворот в музыке. У него вовсе нет таланта, и он, конечно, за всю свою жизнь не сочинит ничего порядочного. Имя его - Йозеф Гайдн".
Менуэт быка
Великий австрийский композитор Йозеф Гайдн, к немалому своему удивлению, увидел однажды у себя в доме гостя - мясника, который оказался любителем и знатоком его произведений.
- Маэстро,- мясник почтительно снял шляпу,- на днях свадьба моей дочери. Напишите мне новенький красивый менуэт. К кому же мне обратиться с такой важной просьбой, как не к прославленному Гайдну?
Через день мясник получил драгоценный подарок композитора, а спустя несколько дней решил отблагодарить его. Гайдн услышал оглушительные звуки, в которых он с трудом узнал мелодию своего менуэта. Подойдя к окну, он увидел у своего крыльца великолепного быка с позолоченными рогами, счастливого мясника с дочерью и зятем и целый оркестр странствующих музыкантов. Мясник сделал шаг вперед и произнес с чувством:
- Сударь, мне думается, что лучшим выражением признательности за прекрасный менуэт со стороны мясника может быть только лучший из его быков.
С тех пор этот до-мажорный менуэт Гайдна стал называться "Менуэтом быка".
Остроумная месть
Однажды Гайдн дирижировал оркестром в Лондоне. Ему было известно, что многие англичане порой ходят на концерты не столько ради удовольствия послушать музыку, сколько по традиции. Некоторые лондонские завсегдатаи концертных залов приобрели привычку засыпать в своих удобных креслах во время исполнения. Гайдну пришлось убедиться, что и для него не сделано исключения. Это обстоятельство весьма раздосадовало композитора, и он решил отомстить равнодушным слушателям.
Месть была остроумной. Специально для лондонцев Гайдн написал новую симфонию.
В самый критический момент, когда часть публики начала клевать носом, раздался громоподобный удар большого барабана. И каждый раз, едва слушатели успокаивались и вновь располагались ко сну, раздавался барабанный бой.
С тех пор эта симфония носит название "Симфония с ударами литавр", или "Сюрприз".
Глазомер
Когда спросили у Александра Васильевича Суворова, что такое глазомер, великий полководец ответил:
- Глазомер - это значит нужно влезать на дерево, обозреть неприятельский лагерь и тут же поздравить себя с победой.
Так поступил он при Рымнике.
Что кого касается
Жена одного офицера как-то пожаловалась А. В. Суворову на своего мужа:
- Ваша светлость, он со мной дурно обращается.
- Это меня не касается,- ответил полководец.
- Но он за глаза и вас бранит...
- А это, матушка, тебя не касается.
Городки
- Александр Васильевич,- спросили Суворова,- как вы оцениваете игру в городки?
- Игра в городки развивает глазомер, быстроту и натиск,- ответил полководец.- Битою мечусь - это глазомер. Битою бью - это быстрота. Битою бью - это натиск.
Вижу, но не верю
Конфиллячи, ученик знаменитого итальянского физика Алессандро Вольты, сообщил, что с помощью вольтова столба обнаружил в воде наличие хлора и натрия.
Находившиеся в Италии Гумбольдт и Гей-Люссак спросили у Вольты, действительно ли это так.
- Я видел опыт,- сказал им Вольта,- но не верю ему!
Благодарный подданный
Эрцгерцогиня Мария-Антуанетта водила маленького Моцарта, будущего композитора, по венскому дворцу. Мальчик поскользнулся на паркетном полу и упал. Эрцгерцогиня поспешила поднять его.
- Вы очень добры,- сказал ей юный музыкант,- я на вас женюсь.
Мария-Антуанетта передала слова Моцарта своей матери.
- Почему ты хочешь жениться на ее высочестве? - спросила императрица.
- Из благодарности,- ответил Моцарт.
Непосредственность
Однажды знатный зальцбургский сановник решил побеседовать с юным Моцартом, который к тому времени уже приобрел мировую славу. Как обратиться к мальчику - вот что смущало вельможу. Сказать Моцарту "ты" - неудобно, слишком велика его слава, сказать "вы" - слишком много чести для мальчика... Но вот выход найден:
- Мы были во Франции и Англии? Мы имели большой успех? - спросил сановник.
- Но я вас, кажется, нигде никогда не встречал, кроме Зальцбурга! прервал его простодушный Вольфганг.
Как это сделать
Один молодой человек спросил Моцарта, как писать симфонии.
- Вы еще очень молоды,- ответил Моцарт,- почему бы вам не начать с баллад?
- Но ведь вы сочинили симфонию, когда вам было всего девять лет...
- Это верно,- согласился Моцарт,- но я никого не спрашивал, как это сделать.
Завистникам не союзник
У Гайдна было много завистников среди посредственных композиторов. Один из них решил завербовать себе в союзники... Моцарта. Он пригласил великого композитора на концерт, в котором исполнялся гайдновский квартет, и во время исполнения возмущенно сказал Моцарту.
- Я бы так никогда не написал.
- Я тоже,- живо ответил Моцарт,- и знаете почему? Ни вам, ни мне эти прелестные мелодии никогда не пришли бы в голову.

Похожие новости:


Уважаемый посетитель, Вы зашли на сайт как незарегистрированный пользователь.
Мы рекомендуем Вам зарегистрироваться либо войти на сайт под своим именем.
--- | Просмотров: 266 | Автор: konvoir | Дата: 17-06-2014, 14:38 | Комментариев (0)
Информация
Посетители, находящиеся в группе Гости, не могут оставлять комментарии к данной публикации.

Авторское право на игру принадлежит GSC Game World.
Использование материалов сайта только с разрешения Администрации!
© 2008 - 2017 design RUS_D Сайт оптимизирован под FireFox или Opera